Михаил Саакашвили – Диктатура обязательно будет свергнута, и это произойдет очень скоро

“Вчера был день падения Сухуми — величайшей трагедии в новейшей истории Грузии. Мы постоянно вспоминаем те трагические события, и наш враг постоянно напоминает нам о них, тем самым говоря: даже не смейте бороться, даже не пытайтесь что-либо делать, потому что всё равно проиграете, всё равно вас унизят. Я пришёл сюда, чтобы сказать вам: в нашем генетическом коде нет раболепия. Мы не рабы и нас не удастся унизить”, — заявил бывший президент Грузии Михаил Саакашвили на сегодняшнем судебном процессе.

По словам Саакашвили, грузинский народ рождён для свободы, демократии, победы и успеха.

«И сейчас у нас нет другого выхода, кроме победы. Возвращаясь к Сухуми и Абхазии: то, что там произошло, стало кульминацией событий 1990-х годов, в частности переворот, отсутствие государства, преступность, предательство, раздробленность, международная изоляция привели нас именно к трагедии Сухуми и Абхазии. Тогда, в 1992 году и до лета 1993-го, я часто ездил в Сухуми, в Абхазию, работал над этими вопросами, оружия в руках не держал, помогал Гии Барамидзе обменивать пленных. Кстати, в знак солидарности с ним я отрастил бороду, потому что в последнее время постоянно критиковал его за бороду — мне казалось, что она его старит. Кстати, то же самое сделал Леван Хабеишвили — Леван тоже носит бороду и усы.

Я хорошо помню тогдашний Сухуми. Я помню ещё Сухуми моего детства. Как вместе с мамой ел аджарский хачапури на сухумском бульваре, как вместе с прабабушкой и прадедушкой ездил в Гагру, помню беззаботность, яркость красок, и я помню Сухуми во время войны — совершенно чёрно-белый, мёртвый город. Тогда я ездил заниматься обменом пленных. Помню день падения Сухуми.

Многие сравнивают Абхазию с грузино-российской войной 2008 года. Единственное общее — невиданное мужество нашего народа. Во всём остальном 2008 год был полной противоположностью. В отличие от 1990-х, на этот раз у нас была настоящая армия. России пришлось снять маску, мобилизовать все свои вооружённые силы и осуществить открытую агрессию, чем она нанесла огромный ущерб собственной репутации. Она вошла, конечно, с целью захватить всю Грузию, убить меня, остановить грузинские реформы, положить конец истории успеха Грузии, настоящим надеждам и мечтам народа, радикально изменить курс Грузии. И об этом Лавров прямо сказал 8 августа 2008 года в разговоре с Кондолизой Райс: „Наша цель — полное уничтожение Грузии“. Тогда Грузию не смогли ни уничтожить, ни унизить, им не удалось реализовать ни одну из поставленных ими целей. Грузинское государство и его власть выстояли, и именно после войны мы встали на путь европейского развития.

Именно после войны 2008 года, всего за пару лет, мы стали реформатором номер один в мире. Я говорю всё это потому, что наша борьба — это прежде всего борьба за правду, в том числе за историческую правду, — за победу над ложью», — заявил Михаил Саакашвили.

По словам Михаила Саакашвили, «правда заключается в том, что в 2008 году Россия потерпела катастрофическое поражение».

«А как ещё назвать ситуацию, когда страна, в триллион раз больше по размерам, нападает на маленького соседа, но не может поколебать его государственность, независимость, свободу, политический курс и не достигает ни одной из собственных целей? 2008 год — это яркий пример того, что нас не удалось и невозможно было унизить.

Россия тогда потерпела поражение, потому что наши государственные институты были сильными, народ — единым, а у нас было много сильных друзей, поскольку Грузия была маяком свободы и демократии для всего мира. Именно этого Путин не может переварить, именно поэтому Медведев и Лавров постоянно вспоминают меня. Именно поэтому я уже шестой год совершенно невиновный нахожусь в тюрьме и в этом постоянном цирке, исполнителями которого сделали вас. А „коцы“ — специально выведенная в российском колониальном инкубаторе порода рабов, лжецов и предателей — постоянно раскручивают тему 2008 года, чтобы скрыть ту трагедию, которая на самом деле происходит с нами сейчас, а именно попытку вновь погрузить Грузию в болото, хаос и бесперспективность 1990-х годов.

В 1990-е годы в Грузии царила преступность, значительную часть молодёжи Джаба Иоселиани подсадил на криминал и наркотики, людей грабили как банды, так и правоохранительные органы. „Революция роз“ поставила всему этому большую точку. Организованная преступность была сведена к нулю, уличная преступность нейтрализована, в Грузии появилась новая правоохранительная система, которая защищала людей и была свободна от коррупции. Иванишвили, как Джаба, снова подсадил молодёжь на наркотики, устроил её на работу в грабительские кол-центры, поручил полиции и службе безопасности контролировать всё это и приносить ему долю. Когда Лилуашвили отломил от этой доли часть, он был наказан. Совершенно не случайно, что бывший министр внутренних дел времён Шеварднадзе Каха Таргамадзе, создавший главный криминальный синдикат 1990-х, недавно породнился с семьёй Иванишвили.

В 1990-е годы люди массово уезжали из Грузии. Во время моего президентства возвращалось больше людей, чем уезжало, потому что появилась надежда. Иванишвили убил эту надежду и открыто призвал грузин покидать страну. Он также строит арабские города, куда грузины не смогут даже сунуть нос, а обслуживающий персонал будет привезён даже из Индии и Бангладеш. Хочу напомнить тем, кто не помнит: в своё время Тбилиси на протяжении нескольких веков был арабским городом, и Давиду Строителю потребовалось 30 лет, чтобы освободить его и вернуть грузинам. Более того, два наших города — Тбилиси и Батуми — становятся полностью недоступными для грузин, которым закрывают вид на старые здания новыми небоскрёбами, где стоимость квартир составляет 20 миллионов долларов. В этих городах продукты после моего президентства подорожали ровно втрое, работающие грузины больше не могут прокормить себя собственным трудом и вынуждены переезжать в деревню или, что более реалистично, бежать за границу, а их место занимают хлынувшие сюда хищнически настроенные россияне со своим бизнесом и образом жизни, уверенные, что всё, что им нравится, должно принадлежать им, и не терпящие никого, кто от них отличается. Этот термин называется джентрификацией — очищением городов от коренного населения.

В 1990-е годы нас из Абхазии выгоняли силой оружия, а теперь нас выгоняют из нашей страны российскими и арабскими деньгами, деньгами Иванишвили, Пхакадзе, Гилаури, Чхартишвили. Какое право Иванишвили имеет выгонять нас из страны? Какое право русские и арабы имеют выгонять нас, когда у грузин нет другой страны, кроме Грузии? Неужели мы именно для того вырвали Аджарию из рук пророссийского сепаратиста-феодала 1990-х Аслана Абашидзе, российской армии и вооружённых отрядов, именно для того так быстро её развивали, чтобы Иванишвили продал её арабам и русским? Зачем мы после „Революции роз“ открыли дорогу стольким талантливым молодым людям, чтобы страну снова возглавили такие „грязные“ люди, как Гарибашвили и Мдинарадзе? В моё время я полностью искоренил наркотики: одна таблетка субутекса стоила 3 тысячи долларов, и её невозможно было достать. Иванишвили разбросал под каждым деревом всевозможные смертоносные наркотики, причём почти бесплатно. Мы подняли образование, очистили его от коррупции предыдущих десятилетий и повели его в сторону Европы. Иванишвили закрыл проект Американского технологического университета, закрыл Ильяуни и вернул взяточничество в школы и хаос в высшее образование.

Иванишвили не состоялся ни в чём, в том числе не состоялся как диктатор, поскольку настоящая диктатура предполагает жёсткий, иногда жестокий порядок и исключает хаос. “Чорвильский” ежедневно генерирует хаос и считает диктатурой посадить в тюрьму ещё больше людей, а кроме этого практически ничем не управляет. Нужно прямо сказать, что мы превратимся в несостоявшееся государство, во главе которого оказался несостоявшийся диктатор. Всё это основано на навязанном нам русскими представлении о том, что грузины рождены для преступности, коррупции, обслуживания и развлечения русских, а свобода и государственность для них — недопустимая роскошь, потому что грузины — одноклеточные рабы. А я говорю вам: мы не рабы. Мы должны громко сказать: „Нас не унизят, мы не станем рабами, мы не рабы. Мы — народ Давида Строителя, Тамар, Георгия Блистательного, Ираклия, Ильи Чавчавадзе, грузинской социал-демократии, Звиада Гамсахурдии и национального движения, „Революции роз“ и недавно прошедших многочисленных акций протеста. Мы — народ восстаний XVII века в Картли-Кахетии и восстаний в Гурии XIX–XX веков, рабочего движения Тбилиси и Батуми столетней давности, восстания 1924 года и 14 апреля 1978 года, 9 апреля. Поэтому мы не были и не можем быть рабами, и уж чьими — рабами ослабевшей империи и её комичного „ставленника“ Бориса Иванишвили? Ни за что. Я, Михаил Саакашвили, говорил вам, что мы завершим реставрацию бедствий 1990-х годов, вернём безопасность, и наркотики и преступность исчезнут из наших дворов, улиц и школ.

Коррупция будет навсегда выжжена из нашей жизни и менталитета. Это говорит лидер, чьё так называемое спрятанное имущество искали по всему миру и не нашли ни одной украденной копейки — а как найти то, чего не существует? Это я говорю от имени большой группы идеалистов, которые никогда не продавались. В Грузии больше не будут строить квартиры стоимостью 20 миллионов, но у каждой грузинской семьи будет достойное жильё и работа. В Грузию будет приезжать много иностранцев, но они будут приезжать как туристы, как гости — „гость от Бога“, — а не как хозяева этой земли. Сто процентов нынешних клиник построены мной, и эти клиники будут полностью бесплатно обслуживать население. В карманы жадных владельцев этих клиник больше не будет оседать весь доход, вместо этого он будет распределяться между врачами, медсёстрами и санитарами. Нашим крестьянам больше не придётся стоять с протянутой рукой — они будут оснащены современными технологиями, которые принесут им высокий доход. И самое главное: страх перед властью больше никогда не должен определять наши поступки и мотивацию — только соблюдение закона и человечности, но не страх перед властью», — заявил Михаил Саакашвили.

Михаил Саакашвили говорит, что его главная слабость, как и главная сила, — это любовь к Родине.

«Именно эта любовь позволила мне пересечь море ровно пять лет назад в совершенно безнадёжной ситуации, когда народ ещё не был полностью готов. Но теперь ситуация другая. Теперь я хочу на сто процентов подтвердить вам, что Грузия на сто процентов готова к переменам, как никогда прежде. В нашем генетическом коде нет раболепия, напротив, в нём есть любовь к свободе, неприятие рабства. Я никого не призываю к свержению режима. Я просто говорю вам: сколько бы людей вы ни посадили, тех, кто призывает к свержению, это ничего не изменит. Я говорю вам это как неизбежный факт — “чорвильская” придорожная диктатура обязательно падёт, и это произойдёт очень скоро. Несостоявшегося диктатора защищает шайка прихвостней, шакалов и гиен. А ведь наше название, под которым нас знает мир, происходит от персидского слова „горг“ (волк) — Георгия, Горгасали. „Ещё вырастут в Алгети волчата…“ Волки выросли, волки готовятся положить конец правлению шакалов и гиен», — заявил Михаил Саакашвили.

После завершения выступления Михаил Саакашвили и его сторонники исполнили в зале суда гимн Грузии.